Наверное, в любом месте можно найти человека, который увлечен историей места своего жительства много больше, чем простой обыватель. Что побуждает таких людей сидеть в архивах и библиотеках, в шестьдесят лет осваивать Интернет и бродить «в полях» опрашивая местных стариков – загадка. Хотя эмоция понятна – не безразличие. И зачастую такой исследователь докапывается до чего-то, что заставляет даже ученого мужа морщить лоб, а иной раз и доказывать с пеной у рта – «этого не было, потому что не могло быть!». А если – было, и это факт?

Валерий Васильевич Соцкий – в прошлом авиатор, отлетал на вертолёте не один год. Но его хобби совсем не авиационное: боеприпасы для стрелкового оружия всех времён и народов. «А уж у нас в Крыму такие гильзы можно встретить – войны на полуострове было чересчур много…», - поясняет Соцкий.

А ещё ему не безразлично современное отношение к памяти о былых военных событиях. Даже в районном совете ветеранов он организовал секцию по борьбе с фальсификацией истории и выступает с лекциями в школах и в местных ветеранских организациях. А с недавних пор занялся очень важным делом – описанием всех памятников Кировского района и смежных местностей. Причем описание делается не только на бумаге, которую, может, и увидит с десяток людей. Читают всё меньше…. «Необходимо делать видеокаталог памятных мест, давать точные координаты с помощью специальных средств, и затем наглядно всё демонстрировать – можно и фильм сделать, и видеоклип смонтировать; его то и показывать на встречах с молодёжью, объясняя суть и историю того или другого памятника», - считает ветеран вооруженных сил.

Уже Валерий Васильевич, не прося ни у кого ни копейки, сделал несколько исследований по братским могилам, и выяснил массу сенсационных подробностей. Так получилось и с довольно приметным монументом в нескольких километрах севернее Владиславовки. Как раз по старой дороге на Азовское море. Обычно его связывают с ополченческой 320-й стрелковой дивизией.

Войсковых формирований в Крыму осенью сорок первого катастрофически не хватало. Тогда то и вошли в историю войны четыре сформированные в Крыму дивизии. 172-я полковника И. Г. Торопцева, 184-я (командир - полковник В. Н. Абрамов), 321-я (полковник И. М. Алиев) ставились на оборону побережья. Сначала они просто нумеровались - 1-я, 2-я, 3-я…. Ведь это были не кадровые дивизии, а соединения, созданные из добровольцев, личного состава в них – максимум на бригаду, какие там десятки тысяч кадрового соединения. 4-я Крымская, сформированная из жителей Феодосии, получила боевой номер 320-я (командир - полковник М. В. Виноградов). Она участвовала в кратковременной двухдневной защите Ак-Монайских укреплений на Керченском перешейке, но была отброшена.

Большая часть добровольцев полегла в этих самых присивашских степях, многие попали в плен, лишь некоторые смогли переправится на Тамань. В советское время, к одному из юбилеев как-то вспомнили о крымских ополченцах, и поставили в поле далеко за селом Владиславовкой монумент. Тогда ещё были живы ветераны крымского ополчения, открывшие тут же памятную доску. Как оказывается, это ещё не вся правда.

«Есть точные данные документов, что именно здесь развертывались для наступления на Владиславовку и Новомихайловку матросы 83-й морской стрелковой бригады, – рассказывает Соцкий. – Но самыми драматичными свидетельствами являются предметы морской амуниции – пуговицы с якорями, пряжки, остатки флотской одежды, находимые после каждой вспашки полей вокруг братской могилы». И, конечно, гильзы от советских винтовок СВТ и карабинов, которыми были вооружены морские пехотинцы – их в окрестностях Владиславовки Валерий Васильевич собрал множество. Что же известно о моряках в крымской степи?

13 марта 1942 советские войска (а это 8 стрелковых дивизий и 2 танковые бригады, отдельные части) вновь перешли в наступление на Крымском фронте. Немцы удержались, а 20 марта 1942-го попытались нанести контрудар силами 22-й танковой дивизии (только что переброшенной из Франции) и двух пехотных дивизий. Контратаки были отбиты. 26 марта четыре советские дивизии попытались наступать, но в свою очередь были отбиты. Последняя попытка советского наступления в Крыму была 9-11 апреля. Но в том мартовском наступлении был очень интересный эпизод, обойденный историками второй мировой. И связан он со славной историей советской морской пехоты.

В Керченско–Феодосийской десантной операции героический захват плацдармов на побережье Азовского моря рядом с Керчью осуществляла 83-я морская стрелковая бригада. С начала сорок второго она стала называться бригадой морской пехоты с трехбатальонным составом и отдельными подразделениями – артиллерии, минометов, связи и прочих. Матросы и офицеры бригады участвовали и в первом, февральском наступлении, дорогой ценой продвинулись на несколько километров по раскисшей степи, освободили селение Корпечь. Это совсем рядом от «нашей» могилы….

И вот наступил март. Пополнение пришло в бригаду. В начале месяца в распоряжение полковника И. П. Леонтьева из Керченской военно-морской базы прибыл «особый отряд» из числа отличившихся в десанте, высаженном в Феодосийский порт в декабре 1941-го. Отряд насчитывал около 700 человек и не уступал ни одному из батальонов. Поэтому решили не распылять отряд между частями, а сохранить его под названием «БОС» — боевой отряд сопровождения. Так в бригаде появился фактически 4-й батальон, сформированный из обстрелянных бойцов, среди которых было 72 человека, награжденных орденми. Командовал этим отрядом бывший начальник гарнизона Феодосии капитан 2 ранга А. Мельников, комиссаром назначили полкового комиссара В.Алексеева. Одной из рот отряда командовал лейтенант В. Ботылев, в последующих боях заслуживший звание Героя Советского Союза. Среди старшин также был будущий Герой Советского Союза К. Дибров.

На этот отряд командование возлагало особые надежды, поэтому и поставило его на главном направлении нового наступления Крымского фронта, предпринятого в середине марта 1942 года на Керченском полуострове. В этом наступлении 83-я бригада морской пехоты получила задачу прорвать оборону противника в направлении Владиславовки.

Наступление командование фронта наметило на 16 марта, а началось оно в 12 часов ударом артиллерии. Ещё накануне резко повысилась температура воздуха. Утро началось мелким дождем, потом повалил мокрый снег. Состояние грунта было таким же, как во время неудачной атаки 27 февраля. Едва отгремела артиллерийская подготовка, как моряки бригады поднялись в атаку. Первыми впереди всех шли А. Мельников и его комиссар В. Алексеев. С кличем: «Матросы, за мной, бей фашистских гадов!», - они увлекли свой боевой отряд. Многие сбрасывали на ходу шинели и, оставаясь в одних матросских фланельках, с неизменными бескозырками, сдвинутыми на лоб, с возгласами «Полундра!» быстро пошли вперед. Противник оказал яростное сопротивление, одним из первых выбыл из строя смертельно раненый комиссар Алексеев, но это не остановило отряд. Совместными усилиями всех батальонов 83-й бригады Владиславовка была взята в первые же часы боя. Однако закрепится там не сумели. Командир БОСа был тяжело ранен, ему потом отняли ногу. Погиб в этом бою и его заместитель, отважный командир феодосийских десантников майор А.Ф.Айдинов. Получил ранение и комбриг Леонтьев, но из строя не выбыл.

Немцы тем временем подтянули к Владиславовке бронепоезд, действовавший из района у бывшего селения Кокей. Ввели в бой 22-ю танковую дивизию. Противотанковых средств в бригаде было мало, да и основы общевойскового боя морякам досконально не были известны. Но отступали они крайне неохотно. Об этом говорит скорбный описок потерь. Только БОС потерял убитыми 372 человека и 228 краснофлотцев и старшин было ранено. Потерями закончились бои под Владиславовкой и для других частей бригады.

Измотанные и уставшие после неудачных попыток прорваться вглубь Крыма, три армии Крымского фронта в конце марта перешли к обороне, однако продолжали готовиться к наступлению. Части 83-и бригады морской пехоты, выведенные во второй эшелон 51-й армии, располагались в 34 километрах от линии фронта на Азовском море и занимались подготовкой к высадке десанта со стороны Сиваша. Это была уже привычная для морпехов задача, не то, что рвать оборону противника во фронтальном бою. Тем не менее, БОС стал прообразом тех самых групп прорыва, использованием которых и сделан новый шаг в истории военного искусства. Именно такие формирования, но при поддержке танков и мощного артогня, сминали оборону немецко-фашистских войск на всех фронтах, вплоть до Берлина. А еще с тех пор морскую пехоту немцы и начали называть «шварце тодт», то есть «черная смерть»…

«Необходимо изготовить и установить на одном из элементов братской могилы памятную доску воинам 83-й бригады», - считает В.В.Соцкий. Этим восстановится справедливость в отношении погибших под Владиславовкой матросов и офицеров, а также будет указывать всем посетителям монумента верную информацию. «Иначе и совсем бессмысленными смотрятся пилоны по краям могилы – 1941-й, 1945-й», - качает головой ветеран. Это важно для всех, и прежде всего для истории – такой, каковой она была.

Сергей Ткаченко.

Фото автора.

Братская могила севернее Владиславовки.