После просмотра митингов, на которых с разной степенью проникновенности читаются прочувственные панегирики Шевченко, остаётся впечатление того, что никто из демонстративно скорбящих его произведения вдумчиво не читал. И ограничился тем самым минимумом, обязательным к изучению для всякого советского школьника. Тем не менее, таковы уж законы нынешнего украинского общества — каждое публичное лицо, вне зависимости от собственных убеждений, здравого смысла и подлинной биографии Шевченко, должно славить этот национальный символ, не сдерживая своих порывов ни в чём.
Как известно, внутригосударственная политика СССР в области культуры позволяла всем слоям населения большой страны знакомиться с литературным творчеством всех народов, её населяющих. «Витязь в тигровой шкуре», похождения Насреддина и многие другие чётко локализованные с этнокультурной точки зрения произведения были обязательны к изучению наряду с творчеством Пушкина и Гоголя.
Конечно, как это всегда бывает, без идеологических нюансов не обходилось. Как в США наших дней спешно «облагораживают» Марка Твена, в романах и рассказах которого сплошь и рядом неполиткорректно упоминаются «негры», так и в СССР особенное значение уделялось тем произведениям, которые сколько-нибудь подходили под категорию классовой борьбы. Но факт остаётся фактом, наряду с действительно великими произведениями мирового значения, существовало немало таких писателей, известность которых была обусловлена исключительно государственной политикой. В рамках которой, у каждой народности СССР должны были быть свой пласт литературного наследия, а также достаточное количество поэтов, писателей и сказителей.
Естественно, что аудитория любого певца народных эпосов сильно съёжилась после распада единого государства. Внезапно оказалось, что ценность некоторых литераторов была несколько преувеличена. И без былого единства нет никакой возможности распространить суверенную и самобытную литературу куда-нибудь вовне. Хотя, безусловно, в силу психологических причин подобные литературные приветы с родины пользуются большой популярностью в диаспорных анклавах. Сегодня, как вы уже догадались, речь у нас пойдёт о литературе и её политических аспектах.
22 мая официальные лица Украины в полном составе изощрялись в красноречии по поводу 150-летия со дня перезахоронения украинского поэта и художника Тараса Шевченко. Так уж получилось, что всё, связанное с захоронениями и загробной тематикой, примерно с 2004 года начало пользоваться большим вниманием украинских властей. Ну а возможность увязать свою фамилию с именем сакрального поэта упускать никак нельзя. Тарас Шевченко был изначально захоронен в Санкт-Петербурге, затем был перевезён в город Канев под Киевом. Ещё в Каневе находится могила писателя Аркадия Гайдара, и этот факт в настоящее время безнадёжно теряется среди тех бурь эмоций, который бушуют вокруг захоронения Шевченко.
Как уже говорилось, весь цвет украинского руководства 22 мая собрался в Каневе, чтобы продемонстрировать близость к главному культурному достоянию украинского народа. Согласно тенденции, которая понемногу превращается в полноценную традицию, любое массовое действо на территории Украины сопровождается действиями, демонстрирующими редкое единение и взаимную любовь граждан. Панихиду служил священник традиционной конфессии — УПЦ Московского патриархата. Это обстоятельство весьма огорчило приверженцев альтернативных религиозных течений, так называемого «патриархата киевского». Адепты этого общественно-политического движения, представленные одетыми по последней коллаборационистской моде нацистами из ВО «Свобода» и ещё не до конца разбежавшимися соратниками Виктора Ющенко оживляли официальное мероприятие криками «Позор!» и «Прочь московского попа». Несмотря на то, что киевский патриархат вроде бы использует те самые принципы, которые были отражены в краткой фразе «нет передо Мною ни эллина, ни иудея».
Официальную делегацию на Тарасовой горе, генезис названия которой очевиден, возглавили премьер-министр Украины Николай Азаров и председатель Верховной Рады Владимир Литвин. И слов было сказано немало.
Тут следует оговориться, что после просмотра митингов, на которых с разной степенью проникновенности читаются прочувственные панегирики Шевченко, остаётся впечатление того, что никто из демонстративно скорбящих его произведения вдумчиво не читал. И ограничился тем самым минимумом, обязательным к изучению для всякого советского школьника. Тем не менее, таковы уж законы нынешнего украинского общества — каждое публичное лицо, вне зависимости от собственных убеждений, здравого смысла и подлинной биографии Шевченко, должно славить этот национальный символ, не сдерживая своих порывов ни в чём.
На митинге-реквиеме первым взял слово Литвин. «Нам надо сопоставлять свои действия с заповедями Тараса Шевченко», — сказал он, тем самым как бы канонизировав поэта. Что сам Шевченко, быть может, и оспорил бы. Как и саму процедуру православной панихиды. Поскольку в его творчестве сплошь и рядом высказываются как искательные сомнения в существовании Бога, так и явно еретические высказывания. Например, в поэме «Сон» Тарас Шевченко увлечённо теоретизирует о том, что киргизы — намного счастливее жителей Украины, и причина этого счастья в том, что киргизы — неправославные, а все беды идут от учения Христа. В другом произведении Шевченко ведёт сам с собою не менее интересный для христианина диспут, и приходит к выводу, что рая нет как на земле, так и на небе. Таких пассажей в творчестве Шевченко сколько угодно. Что, в свою очередь, не мешает в других произведениях так же радостно издеваться над атеистами. А потом, без малейшей паузы, погружаться в философские размышления о реинкарнации и перерождении.
«Несмотря на все разногласия, мы едины в том, чтобы была Украину такой, о которой мечтал и за которую страдал Тарас Шевченко», — подчеркнул глава Верховной Рады. Страдания у Шевченко, безусловно, были. Но, судя по его дневникам, они отличались от тех, которые представляются Владимиру Литвину.
Вот один эпизод: страдающий и угнетаемый Тарас путешествует по Волге на пароходе, с увеселительными целями. Запись в дневнике Шевченко от 9 сентября 1857 года: «У меня родился и быстро вырос великолепный проект: за обедом напиться пьяным. Но, увы, этот великолепный проект удался только вполовину». Запись от 10 сентября: «Вчерашний мой, великолепный, вполовину удавшийся проект сегодня, и что уже, слава Богу, только вечером, удался, и удался с мельчайшими подробностями, с головной болью и прочим тому подобным». Страданий такого рода в жизни гения было предостаточно...
Глава Кабмина Азаров, в свою очередь, отметил, что Шевченко дал украинскому народу «веру в собственные силы и пробудил национальное достоинство». И «слово Шевченко» стало «глобальным посланием украинцам о мире, и миру — об Украине». «Он всегда с нами, в наших сердцах и душах. Начиная с детства, с впервые прочитанного „Кобзаря“. Постигать Шевченко можно и нужно в течении всей жизни. Его необходимо читать снова и снова, читать, исследовать и понимать», — очертил программу-минимум глава украинского правительства. Боюсь, что подобное напутствие может сыграть злую шутку. Чем больше изучать творчество Шевченко, его дневники и так далее — тем больше шатается постамент, на который его водрузила национально-сознательная общественность.
Националисты очень обижаются, когда выясняется, что свои личные дневники Шевченко писал на русском языке, а якобы строго ненавистных царей и помещиков (как русских, так и украинских), согласно собственной изменчивости то хвалил, то поливал грязью. С одинаковой, что характерно, интенсивностью. А понять и прочувствовать творчество Шевченко целиком — весьма опасно для здоровья. Потому как в его литературе без особенного труда можно найти любые, на всякую нужду и потребность идеологические посылы. Симпатия — антипатия к полякам, русским, и, собственно, к украинцам, всечеловеческий гуманизм — и столь же мощная мизантропия. Во время митинга случился инцидент, демонстрирующих степень узости как изучения творчества Шевченко, так и восприятия действительности. После выступления Литвина и Азарова некий младонацист смог прорваться к микрофону. И, в вольной форме процитировав Тараса, выкрикнул: «Уважаемые граждане, перед вами выступали подножки, рабы Москвы». Ну да, есть такая строка в творчестве поэта. А самое смешное то, что следующая строчка звучит как: «Варшавский мусор — ваши паны, ясновельможные гетьманы». То ли нацисты на Украине изучают Шевченко через строчку, то ли по другой необычной схеме, сложно сказать со всей уверенностью.
Жаль, и украинские должностные лица не указывают, какие именно фрагменты творчества поэта они имели в виду, описывая свои эмоциональные переживания. Интересно, понравится ли «миру» такое «послание» Шевченко? Поэма «Кавказ» содержит строки, могущие заинтересовать добрую треть Франции. Согласно Шевченко, негры — не так чтобы люди.
«Людей... не негров... а таких
Таки крещёных... но простых».
Премьер-министр Украины Николай Азаров, расчувствовавшись, заявил о планах правительства построить на Тарасовой горе в Каневе крупный выставочный комплекс.
«Это место одно такое в Украине, а значит и внимание правительства к нему будет постоянно приковано. Мы сделаем все, чтобы в течение ближайшего времени это стало памятным, серьезным местом не только для нашего народа, но и для всех народов мира, которые будут приезжать сюда, чтобы отдать дань памяти гению нашего народа», — заглянул Азаров в среднесрочную перспективу. В частности, Азаров сообщил, что уже с воскресение в музее будет работать охрана, которой раньше не было. Что само по себе симптоматично — имеющие сколько-нибудь заметную ценность объекты обычно охраняют постоянно.
Руководитель Главного управления по гуманитарным и общественно-политическим вопросам администрации президента Анна Герман, просто превзошла себя. Выступление её выглядело так: «Прости, Тарас, что не дали помолиться в спокойствии и достоинстве за память твою. Прости им, ибо не знают они, что творят, потому что они не знают, великий Тарас, что тебя никто не приватизировал, что ты — гений, Кобзарь и поводырь своего народа. Что нет части народа, которая имеет право прийти и помолиться за тебя, и нет другой, у которой такое право кто-то хотел отобрать», — сказала Герман.
Даже не сразу слова находятся. Но, думается, первый храм Шевченко при таких-то речах официального государственного идеолога из администрации президента — не за горами. Ведь мало найдётся в мировой литературе поэтов, которые настолько совпадут с пресловутой страстью украинского руководства к «многовекторности» и плюрализму мнений о самых очевидных вещах.
Андрей Полевой, WIN.ru
