От редакции. 5 марта у нас было  объявлено наступление «московского Майдана», как и в Киеве в 2004-м, независимо от результата президентских выборов. «Однако» начинает публикацию цикла материалов наших украинских коллег, свой Майдан уже прошедших. Думается, опыт их столкновения с «оранжевой» смутой очень пригодится нам сегодня.

Наших бледнолицых братьев отличает от нас предельный прагматизм. И проистекающая из прагматизма технологичность. Достаточно посмотреть на североамериканскую кухню — блюд не более десятка, но любое из них можно поставить на поток и научить готовить любого болвана, умеющего исполнять инструкции.

Желание технологизировать все и вся — ключ к пониманию действий США. Можно, конечно, порассуждать о светочах демократии и правах человека, анализируя технологии, но это только на руку нашим друзьям из Госдепартамента и посольств. Аборигены должны молиться пушкам, а не делать их.

Разобрать по винтикам, как трофейный вражеский танк

Технологии уничтожения государства в ходе выборов придуманы в США не вчера. Им на самом деле уже лет 50. И ничего нового в них не появляется. Схема одна и та же — паралич власти в ходе противостояния с толпой, а затем коллапс государства под внешнеполитическим прессингом. Дальше в зависимости от успешности внедрения технологии либо феодальная раздробленность, либо оккупация ключевых регионов, либо провокация гражданской войны, — что именно по большому счету не имеет значения.

Что меня больше всего удивляет в «болотном» противостоянии в РФ, так это нежелание или неумение анализировать собственно технологичность происходящего. Вроде бы и примеров много: вот тебе Сербия, Грузия, Украина, Киргизия, не считая стран Латинской Америки, Ближнего Востока и Юго-Восточной Азии.

Причем сильно глубоко и залезать-то не надо: и времени нет, да и на самом деле технологии настолько просты, что достаточно почитать брошюры-инструкции для грузинской «Кмары», сербского «Отпора» или украинской «Поры», — там все расписано. Вдобавок я бы еще порекомендовал книгу покойного харьковского политика Евгения Кушнарева «Выборы и вилы»: с моей точки зрения, это наиболее концептуальный и адекватный анализ истинных целей экспорта «болотных» технологий.

Так как это технологии, то и бороться с ними надо, как с любыми другими технологиями. То есть активно их изучать, разбирать по винтикам, как мы делали это, например, с трофейными танками. А поскольку это технологии манипулятивные, то их, как любой трюк, надо разоблачать. Потому что фокусник силен, пока не знаешь секрета фокуса.

С моей точки зрения, сейчас самое важное — обозначить ключевые точки технологий, то, благодаря чему в обществе и государстве запускаются механизмы самоуничтожения, на улицы выплескивается ненависть, поражаются основные органы госуправления и деморализуются правящие элиты.

Механизм самовнушения: как «хомячок» принимает себя за народ

Для «болотной революции» обязательно нужны выборы. Почему? По меткому выражению моего коллеги, «выборы — это холодная форма гражданской войны». Действительно, во время выборов атмосфера в обществе наэлектризована. Активная часть населения так или иначе сопереживает своим избранникам. Народ обсуждает на работе и за ужином, как Зюганов врезал Жириновскому и как Путин поразил голым торсом. «Фейсбук» кипит, в ЖЖ ломают копья тролли против ботов. Короче, все слегка на взводе.

Толпа в столице появляется именно в тот момент, когда накал предвыборных страстей находится на пике, когда становится понятно, кто же победитель. И вот в одном месте собираются несколько десятков тысяч человек, которые настроены оппозиционно по отношению к власти. То есть ОНИ ТОЧНО НЕ ГОЛОСОВАЛИ за победителя гонки — представителя власти.

И вот тут в толпе срабатывает банальный стадный рефлекс: вокруг меня тысячи людей, и они ВСЕ НЕ ГОЛОСОВАЛИ за власть, и создается иллюзия, что весь народ против власти. Оппозиционно настроенный человек, стоящий в толпе единомышленников, думает, что с ним вся Россия. Он шлет эсэмэску своему однокласснику в Нижний и радостно пишет: «Вся Россия восстала против тирана!» Он обновляет статус в «Твиттере» и радостно читает каменты от друзей, которые тоже здесь — с народом.

Так простой человек, «хомячок» — наш брат, — начинает ощущать себя частью великого народа и начинает верить, что он делает великое дело.

Подавляющее большинство участников «болотной революции» — наши непутевые братья. Люди, которые в силу разных обстоятельств оказались в толпе себе подобных и попали в ловушку. Примерно в такую же ловушку попадают, например, солдаты, пережившие приступ паники. Или участники религиозных сект на массовых стадионных молебнах. К непутевым братьям бессмысленно применять репрессии. Они не со злого умысла участвуют в разрушении государства.

Это немаловажный фактор — его надо четко понимать.

«Болотные» инженеры: утопить в мелочах, а лучше изолировать

Совсем другое дело — профессионалы, инженеры «болотных» технологий. То, что для нашего очарованного брата — единение с народом, для Чириковой, Немцова и их менеджеров — сложный рутинный труд. Нужно поставить палатки, организовать биотуалеты, следить, чтобы митинг шел беспрестанно и ни на секунду не останавливался. Нужно чередовать выступления политиков и музыкантов. Для того чтобы наш брат-«хомячок» испытал эйфорию на площади, инженерам «болотной революции» предстоит серьезно попотеть. И вот у них на самом деле никаких иллюзий нет. Поэтому они выглядят уставшими, в то время как наши братья воодушевлены и готовы стоять на площади неделями.

Это люди совсем другого порядка: они будут всячески мимикрировать под рядового «хомячка-революционера», испытывающего эйфорию. Они будут говорить вам о невиданном единении, восторженно зачитывать сообщения из ЖЖ. Но голова у них будет занята на самом деле биотуалетами, очередностью выступлений на сцене и свежим постом в «Фейсбук».

Итак, мы имеем дело с двумя принципиально разными типами «болотных революционеров». Это надо обязательно артикулировать при каждом удобном случае — в частных беседах, в СМИ, в социальных сетях.

Главная задача по отношению к «болотным» инженерам — изолировать любой ценой. А в случае если изолировать не получается, то максимально ломать организационные схемы — жизнедеятельности лагеря, обеспечения едой, подвоза новых рэволюсьёнеров: «болотные» технологии достаточно многозадачны, поэтому могут погрязнуть в мелочах и забуксовать.

Но все это не будет актуально, если с «болотными» инженерами поступить неполиткорректно, но по совести — задержать по обвинению в государственной измене. И это вопрос политической воли, а не технологий.

Стейк должен быть с кровью

Следующий принцип технологии тоже обязательный: «болотная революция» нуждается в трупе. Как минимум в одном. У нас на Украине таковым трупом был Георгий Гонгадзе. Для тех, кто забыл: режим Кучмы пал уже после ВТОРОЙ «болотной революции». Первый раз Кучму пытались «сковырнуть» в марте 2001 года.

Труп обязательно необходим, потому что «кровавый режим» должен стать действительно кровавым. В прямом смысле этого слова. В крайнем случае, если нет трупа, нужно покушение — как «отравление» Ющенко за две недели до выборов в 2004 году.

Сложно сказать, как именно будет внедрен этот технологический этап, — то ли это будет истеричная Чирикова, то ли одержимый Навальный, то ли душка Немцов. Может быть, это будет взрыв в «болотной» толпе в разгар митинга. А может быть, в камере задушат Ходорковского. Это вопрос, скорее, к спецслужбам, а не к публицистам. Думаю, что кандидатов на труп несколько и определятся с конкретным сценарием уже непосредственно перед реализацией. А может быть, запустят сразу несколько.

На самом деле, КТО ИМЕННО будет ТРУПОМ, не имеет значения. Понятно лишь то, что он обязательно нужен. Так задумано по технологии. Потому что лучший стейк в ресторанах штатовской кухни надо готовить с кровью. Так по крайней мере рекомендуют авторы рецептуры «болотных революций». А наши североамериканские братья, напомню, отличаются от нас склонностью технологизировать все и вся. И придерживаться технологии до тех пор, пока она не даст сбоя. Пока что все работало как часы.

Тактика: парализовать и окружить

Скорее всего, «болотные» будут пытаться одновременно заблокировать центр Москвы по одному из колец и одновременно занять какую-то ключевую площадь, а то и несколько. Думаю, что особенностью рэволюсьёна в Москве станет активное использование автомобилей. Центр Москвы и так стоит 18 часов в сутки — без всякого бунта. Если же располагать парой тысяч автомобилей, то центр столицы — внутри Бульварного кольца — можно заблокировать так, что не сможет проехать никто. Если же «атаковать» вдобавок и ключевые станции метро, то центр, скорее всего, окажется отрезанным от остальной Москвы.

Понятно, что столичная власть и силовые органы будут с этим бороться и, вероятно, победят, но блокировка центра, скорее всего, будет лишь отвлекающим маневром. Основные силы будут брошены на то, чтобы максимальным количеством рэволюсьёнеров занять ключевые площади.

Поэтому в этой части речь пойдет о сугубо утилитарных моментах технологии, а именно о том, за счет каких ресурсов толпа протестующих воспроизводится и пополняется новыми активистами уже непосредственно во время активной фазы бунта.

Москва и москвичи

Итак, одна из площадей заполнена людьми. Собственно рэволюсьёнеров в толпе не так уж и много, в основном массовка из «креативного класса». Но после того как бунт входит в круглосуточную стадию, начинает разворачиваться сценарий по вовлечению в бунт рядовых граждан.

Как это выглядит на практике? На самом деле просто. Рядовой москвич, щелкая между телеканалами и сидя в Интернете, рано или поздно заинтересуется: «А что же там происходит в действительности?» Возникает эффект, похожий на тот, когда в спальный район приезжает цирк-шапито. Ты туда вроде и не собирался и вообще циркачей не любишь. Но после того как пару дней послушал зазывал и отголоски цирковых выступлений, все равно возникает желание прийти и хотя бы посмотреть, что там происходит. Тем более и соседи рассказывали, как там весело.

Поэтому основной поток людей, которые будут подпитывать толпу после первых суток «стояния» на площадях, — это банальные зеваки. Причем самое интересное, что чем больше будут отличаться провластные и рэволюсьённые «сводки с фронтов», тем больше будет зевак. Потому что когда на Первом канале рассказывают, что бунт подавлен, а «Дождь» показывает картинку, что толпа все прибывает и прибывает, лучшей мотивации для того, чтобы пойти и убедиться, как оно все обстоит на самом деле, нет.

Поэтому с властью может сыграть злую шутку привычка приукрашать свои действия и приуменьшать влияние оппонентов. Понятно, что РФ — огромное государство, и, для того чтобы в провинции не нервничали, надо показать, что в столице все под контролем. Для этого, собственно, федеральные СМИ и придуманы. Но конкретно в этом случае такой подход может вызвать дополнительный интерес у зевак.

Поэтому власти придется пройти тонкую грань между тем, как привыкли работать с общественным мнением, и тем, как необходимо. «Ура-патриотический» дискурс во властных СМИ может стать питательным бульоном для толпы зевак.

Второй тип москвичей, который может стать ресурсом для воспроизводства толпы, — сердобольные горожане средних лет и пенсионеры. Дело в том, что это для нас рэволюсьёнеры — это «сетевые хомячки» и «креативный класс». Для кого-то это племянники, дети, внуки и просто ребята с нашего двора. И когда рэволюсьёнеры начнут замерзать в палатках и СМИ, поддерживающие бунт, начнут призывать москвичей «помочь революции», наши сердобольные сограждане откликнутся. Когда в социальных сетях пойдут призывы «приносить теплые вещи и горячий бульон», наши люди пойдут помогать бунту. Но не потому, что они против Путина или за Навального. Просто помочь замерзающему и голодному человеку присуще русскому менталитету.

Именно сердобольные и добрые наши соотечественники могут стать вторым значительным источником воспроизводства толпы бунтарей. Особенно если бунт затянется и перейдет в стадию «сидения на площадях». С сердобольными людьми бессмысленно бороться силовыми методами. Так же, как бессмысленно убеждать через СМИ, что их помощь не нужна. Они все равно будут идти и нести теплые вещи замерзающему соотечественнику.

Также бессмысленно их не пускать, потому что тогда помочь замерзающему станет для сердобольного человека уже не только делом чести — власть получит ярого противника, который вернется домой и будет перед соседями клясть начальство, милицию и Путина на чем свет стоит.

Единственный способ остановить сердобольного человека — показать, что власть полностью контролирует вопросы жизнедеятельности. Что никто не умирает от обморожения, не голодает. Что теплые вещи, которые он принес рэволюсьёнерам, принимаются и передаются по назначению. Одним словом, власти необходимо перехватить инициативу по включению сердобольных людей в деятельность, а не бороться с ними. Это будет наиболее продуктивный подход. Потому что если удастся локализовать бунт на площадях и не позволить ему самовоспроизводиться за счет зевак и сердобольных людей, то он умрет сам по себе в течение нескольких дней.

Не утонуть в информационном хаосе

Итак, выборы — сигнал к началу дурдома на улицах столицы. Если центральной власти хватит воли и разума, то государственный каркас выстоит. Бунт будет подавлен, заговорщики арестованы, рядовые рэволюсьёнеры сидят по домам. Евроатлантическая пресса и передовая общественность бесятся — ну и дай им Бог здоровья. Точка кризиса пройдена.

Если же технологии «цветной» революции все-таки запущены, нас ждут тяжелые деньки. Причем сколько продлится бунт, не знает никто из нас — всё опять-таки зависит от политической воли и адекватности центральной власти. Каждому из нас надо понять, как действовать в ситуации, чтобы неосторожно самому не стать частью технологии.

Общая рекомендация для любого гражданина — ни в коем случае не поддаваться панике и сохранять здравый смысл. Будут разные слухи, сообщения в Интернете и досужие разговоры на работе. Не относитесь ни к чему серьезно, кроме официальных сообщений — сводок МВД, МЧС, ФСБ и заявлений первых лиц государства. Сохранить холодный рассудок — лучшее, что может сделать гражданин в ситуации бунта. Но хотелось бы отдельно обратиться к журналистам, редакторам, политологам, блогерам и просто форумным активистам. В общем, ко всем тем, кто имеет какое-либо отношению к СМИ и каналам общественной коммуникации.

Коллеги! Господа! Товарищи! Кому как угодно. Запущенные технологии «цветной» революции так или иначе сводятся к сталкиванию государства в хаос. Но хаотизация сначала начинается в медийной сфере. Каждый из нас должен понимать, что с субботы, 3 марта, начинается пиковое информационное противостояние за повестку дня. Если инженерам бунта удастся навязать повестку хаоса, пиши пропало: кризис будет затяжным с высокой вероятностью гражданского конфликта.

Поэтому в разворачивающемся информационном хаосе надо не только сохранять холодный рассудок, но еще и, услышав любую новость либо слух, прежде чем распространить их, надо вдумчиво разобраться, а не ведет ли эта новость/ интерпретация/слух к хаосу? Ну и, конечно, подумать, кому она выгодна. Сомневаешься или не можешь ответить — лучше посоветуйся со старшим товарищем. Сомневаешься и не с кем посоветоваться — задавай открытый вопрос у нас на odnako.org, покумекаем вместе.

Надо помнить, что любой безобидный пост на «Фейсбуке» или «Твиттере», запись в блоге и репортаж в новостях — это возможный вклад в хаотизацию медиапространства и невольное участие в технологии «цветной» революции. Будет неимоверное количество слухов — о том, что спецназ давит танками молодежь. Что чеченский батальон имени Кадырова зачищает Замоскворечье. Что танки движутся по Ленинградке. Что рэволюсьёнеры взяли штурмом Останкино. Будут и фотографии, это все подтверждающие. Будет и видео с места событий. Все будет очень убедительно и достоверно. Более того, львиная доля всех этих «свидетельств» уже отснята.

Поэтому главное, что может делать каждый из нас, — сохранять предельную бдительность. Потому что, после того как погрузится в хаос информационное пространство, бунт станет реальностью. И вот тогда закончатся технологии и начнется история.

* * *

Но хочется верить, что все это останется в задумке и технологии «цветных» революций в России не сработают. Что бунт закончится, так и не начавшись. Потому что единственный способ противостоять технологиям — принять волевое решение. Наплевав на мнение мирового сообщества и общечеловеческие процедуры. Как это было сделано в войне с Грузией. Потому что отступать на самом деле некуда.

ОДНАКО