30 марта, в Брюсселе должно состояться парафирование соглашения об ассоциации между Украиной и Европейским Союзом. До конца года украинские власти рассчитывают подписать этот документ, что по сути запускает необратимый процесс евроинтеграции Украины и ставит непреодолимый барьер на пути участия страны в реинтеграционных процессах на пространстве бывшего СССР. В частности, в рамках Таможенного Союза и ЕвразЭС.
Здесь важно подчеркнуть один существенный момент: в программе Партии регионов, почетным лидером которой сегодня является президент Янукович, а фракция в парламенте единолично руководит большинством, на выборах как в 2006, так и в 2007 годах тезис об интеграции Украины в рамках Единого экономического пространства вместе с Россией, Белоруссией и Казахстаном был один из ключевых.
В этом легко убедиться, полистав соответствующие документы на сайте Центральной избирательной комиссии.
Что же изменилось за это время? Почему политики-регионалы, занимающие четкую и неоднозначную позицию по вопросу статуса русского языка, связей с Россией, сегодня стали такими проевропейскими? На их фоне мнение одного из лидеров Компартии Украины выглядит настоящим откровением. Предлагаем читателям эксклюзивные комментарии народных избранников и министра юстиции Украины, полученные «Однако. Украина».
Юрий Болдырев, народный депутат Украины (Партия регионов), председатель подкомитета по вопросам инвестиционных программ бюджета Комитета Верховной Рады Украины по вопросам бюджета:
В факте парафирования нет особой новости, поскольку Украина последовательно проводит линию вхождения в Евросоюз. Можно обсуждать, является ли эта стратегическая линия верной или неверной, по этому поводу могут быть разные мнения, но она существует. Намерения такие провозглашались не один раз. В том числе, они зафиксированы в парламентских решениях. Я отношусь к этому как к достаточно рутинному событию – это должно было произойти и происходит.
Не думаю, что парафирование приведет к каким-то кардинальным изменениям в нашей жизни. В этот вопрос политики вносили много суеты и даже истерики. На самом деле мы видим, как живет Евросоюз, который является излишне бюрократизированной и сложной организацией, в котором постоянно согласовываются интересы огромного количества субъектов. То есть это продолжительные рутинные процедуры, очень длительные обсуждения перед принятием любого из таких решений. С нами все происходит точно также.
- Интересы большого бизнеса vs интересы большинства обычных граждан страны в вопросе интеграции ЕС и ЕЭП. Не видите ли вы здесь противоречий?
Система настолько сложная, что полностью оценить все последствия подобных шагов до их вступления в силу непросто. Возьмем для анализа вступление Украины в ВТО: с одной стороны, это имеет какие-то краткосрочные выгоды для потребителя, с другой – негативные последствия для производителя, который лишается льгот, преференций, защиты со стороны государства. Одновременно производитель, попав в новые конкурентные условия, должен перестраиваться, чтобы не потерять рынок, объемы своего производства и т.д. То есть говорить о том, что выгодно только бизнесу не совсем корректно. Я согласен, что большому бизнесу выгодно вступление в силу договора о ЗСТ с Евросоюзом. Но не факт, что весь украинский бизнес получит преимущества при подписании этих документов. Мы можем предполагать, но пока не знаем, как отреагирует украинский рынок на заключение таких соглашений. В конечном итоге мы придем к тому, что будем понимать, где декларации, а где интерес населения. Потому разграничивать интересы бизнеса и населения, мне кажется, неверно.
Вадим Колесниченко, народный депутат Украины (Партия регионов), председатель подкомитета по вопросам увольнения судей и реагирования на нарушения законодательства в сфере правосудия Комитета Верховной Рады Украины по вопросам правосудия:
После парафирования наступает процедура, которая будет длиться от года до двух. Парламент каждой страны Евросоюза должен будет этот договор об Ассоциации с Украиной ратифицировать. На самом деле парафирование соглашения свидетельствует о том, что Евросоюз воспринимает Украину как равного партнера и таким образом открывает путь к реальному вступлению в договорные взаимоотношения на основе документа, который обретет после подписания юридическую силу.
- Интересы большого бизнеса vs интересы большинства обычных граждан страны в вопросе интеграции ЕС и ЕЭП. Не видите ли вы здесь противоречий?
Точка зрения определяется местом сидения. Конечно же, для любой корпорации, большой бизнес-структуры в первую очередь интересны не политические соглашения, а экономические. Но при этом мы должны понимать, что политика – это концентрированное выражение экономики, и эти документы, о ЗСТ и об ассоциации, являются взаимодополняемыми. Одно невозможно без другого.
Александр Лавринович, министр юстиции Украины:
Я бы не преувеличивал значение этого события. Поскольку это один из этапов процесса, который был начат давно и длится уже очень много лет. Имею в виду стремление иметь зону свободной торговли без ограничений между Украиной и Евросоюзом. Сегодня, когда мы по сути уже полгода как завершили все переговорные процессы по всем позициям, важно, чтобы текст соглашения, как для украинской стороны, так и для Еврокомиссии, был идентичным и готов к подписанию.
Параллельно проходят другие процессы, которые касаются необходимости адаптации законодательства Украины к законодательству ЕС относительно обеспечения функционирования зоны свободной торговли. То есть то, что предусмотрено к дополнениям к соглашению. Замечу, что нас ждет еще долгий процесс ратификации.
Что касается сотрудничества на другом направлении, со станами СНГ, то здесь, в связи с парафированием и подписанием соглашения о ЗСТ с ЕС, никаких ограничений не предвидится. И дальше будет происходить углубление интеграции в рамках этого объединения.
- Все же стоит уточнить: парафируя и подписывая соглашение с ЕС, Украина исключает вероятность интеграции в рамках Таможенного союза и ЕвразЭС?
Я думаю, что переговорный процесс и дальше будет продолжаться. Но я знаю, что позиция, которая определена руководством страны, что касается сотрудничества с Таможенным Союзом в формате «3+1», пока не находит поддержки со стороны государств ТС. О другом формате сотрудничества речь пока не идет.
Алла Александровская, народный депутат Украины (Компартия Украины), секретарь Комитета Верховной Рады Украины по вопросам бюджета:
Парафирования договора об ассоциации между Украиной и ЕС, по моему мнению, никак не повлияет, кроме того, что Украина взваливает на себя дополнительные обязательства. Я уверена, что это не приведет к улучшению нашего экономического и финансового положения. К сожалению, это не упростит визовый режим между Украиной и странами ЕС, на что рассчитывали многие граждане нашей страны. Поэтому я вижу в этом политический шаг сегодняшнего руководства Украины и его желание, ожидание, получить признание в Европе.
- Это событие перечеркивает реинтеграцию Украины в рамках ЕЭП?
Для того, чтобы работать и впоследствии жить как в Европе, на Украине должны быть созданы соответствующие условия. А их нет. Для того чтобы предприятия на Украине работали в полную нагрузку, чтобы создавались новые рабочие места, чтобы мы расширяли производство, для этого мы должны иметь рынки сбыта своих товаров. В Европе этих рынков для нас нет. Это миф, это блеф, что в Евросоюзе украинцам будет хорошо. А вот то, что это является определенным барьером, препятствующим заключению полномасштабных экономических да и политических соглашений в рамках Единого экономического пространства – совершенного однозначно.
- Почему же этого не понимает руководство страны?
Мы знали позицию Виктора Ющенко, и было понятно, чем она обусловлена. Но вы зря думаете, что у сегодняшнего руководства страны другая позиция! Говорить можно все что угодно, важно то, что делается. Их линия, которую они проводят во внешней политике, абсолютно идентична той, которая была во времена президентства Ющенко.
- Что является причиной, как Вы думаете?
Моя оценка, что это не выгодно стране и их оценка – это две большие разницы. Потому что они видят здесь свой интерес. Их, вероятно, не волнуют ни заработные платы, ни рабочие места, а только их бизнес, который во многом сориентирован на Европу. Скорее всего, их беспокоит также вопрос, как ЕС оценивает их бизнес. Поэтому здесь тоже есть некие субъективные факторы, влияющие на принятие таких серьезных политических решений.
