Сербский генерал — в тюрьме, его противники — на свободе
Караджич и Младич теперь будут вместе находиться на Гаагской скамье подсудимых. А что же их противники? Выписавший Бен Ладену боснийский паспорт Алия Изетбегович умер в 2003 году своей смертью. Его правая рука, премьер Харис Силайджич — и сегодня действующий политик, не раз становившийся во главе «дейтонской» Боснии. Бывшего зама Изетбеговича Эюпа Ганича, которого в Белграде хотели судить за расстрел колонны ЮНА в Сараево, отпустил гуманный английский суд.
В Сербии задержан человек-легенда — бывший командующий армией боснийских сербов Ратко Младич. Он почти 16 лет скрывался от Гаагского трибунала, который обвиняет его в геноциде и преступлениях против человечества на территории Боснии и Герцеговины. Впрочем, для многих сербов этот человек и сегодня является национальным героем.
Удивительно, но одно из главных действующих лиц страшных войн 1990-х гг. умудрялось скрываться более 15 лет. Где только не «видели» Младича за это время. То в Белграде, то на одном из пляжей Черногории, то в Румынии, то в России. Власти Сербии из года в год клялись западному сообществу, что ещё чуть-чуть — и день ареста генерала придёт. Для того, чтобы ускорить процесс, за информацию о местонахождении Младича было обещано 10 млн евро.
Первые сведения о задержании генерала появились в сербских СМИ утром 26 мая. Мол, в местечке Лазарево (в 70 километрах от Белграда) полицейские решили проверить некоего Милорада Комадича, и при экспертизе ДНК выяснилось, что это и есть Младич. Затем их подтвердил некий «друг семьи». Наконец, президент Борис Тадич собрал экстренную пресс-конференцию и подтвердил, что Младич действительно задержан. В течение ближайшей недели его переправят в Гаагу.
Дитя войны
Ратко Младич родился в 1943 году на территории Боснии и Герцеговины. Его отец был сербским партизаном, сражавшийся с союзниками нацистов — армией Независимого государства Хорватия (НГХ) и отрядами местных мусульман. Отец погиб, будущий генерал его не помнил. Помня о судьбе папы, Младич наверняка чётко усвоил, что может стать с боснийскими сербами, если они окажутся под властью мусульман или хорватов (Босния была тогда частью НГХ).
Впрочем, вплоть до распада Югославии Младич был кадровым военным, далёким от политики. Но летом 1991 года корпус, которым он командовал, перебросили в Хорватию — точнее, в район столицы самопровозглашённой Сербской Краины — Книна. Весной 1992 года из Белграда последовал приказ отправиться в родную для генерала Боснию для установления блокады Сараево. Тут его судьба круто изменилась.
Под давлением Запада части Югославской народной армии (ЮНА) весной 1992 года начали уходить из Боснии. В мае того года одна из практически невооружённых колонн в Сараево попала в засаду, устроенной мусульманскими формированиями. Десятки военных погибли, сотни попали в плен. Местные сербы, рассчитывавшие на помощь ЮНА, были дезориентированы. Мусульмане же были готовы воспользоваться выгодным моментом.
Война разгоралась с каждым днём, и первоначально успех сопутствовал мусульманам, бок о бок с которыми сражались иностранные наёмники. Они захватывали город за городом, деревня за деревней. Летом они вышли к пограничной с Сербией реке Дрине и даже обстреляли сопредельную территорию. Кстати, поставкой наёмников в Боснию занимался тогда не кто иной, как Усама Бен Ладен. В знак благодарности ему в 1993 году лидер местных мусульман Алия Изетбегович даже сделал будущего террориста номер один гражданином Боснии и Герцеговины.
Младич наверняка знал, кто такой Изетбегович, и что ждёт сербов в его государстве. Ещё в годы Второй мировой бывший боснийский лидер сотрудничал с нацистами, а в годы СФРЮ написал «Мусульманскую декларацию», где обосновывал необходимость создания в Боснии исламского государства. И это притом, что большинства населения в Боснии мусульмане никогда не составляли. Сербам (да и хорватам) места в таком государстве не было. И тут генерал ЮНА Младич согласился встать во главе армии самопровозглашённой Республики Сербской.
Военный лидер боснийских сербов
Ближе к концу 1992 года военная ситуация переменилась. Армия боснийских сербов под командованием Младича начала отвоёвывать все утерянные ранее территории. Гуманизмом к мусульманам его солдаты не отличались — но не в большей степени, чем исламисты «жалели» сербов. Постепенно сербы установили контроль над 70% территории Боснии и Герцеговины. Ещё 20 оказались в руках хорватов, поддерживаемых армией Хорватии. Мусульманам осталось только 10%, включая большую часть Сараево.
Довершить разгром противника не удалось из-за вмешательства мирового сообщества. В 1993 году с подачи ООН (а на самом деле — США и ЕС) были созданы несколько зон безопасности — Тузла, Сребреница, Горажде, Жепа... На практике они представляли собой анклавы, где под защитой «голубых касок» ООН мусульмане проводили перегруппировку сил, обстреливали сербов и совершали вылазки. Ответный огонь сербы открывать не могли — нельзя идти поперёк мирового сообщества.
Эта история продолжалась два года, пока в июле 1995 года Младич не приступил к ликвидации анклавов. «Голубые каски» ООН безучастно наблюдали, как сербские солдаты входили в города. По официальным данным, около 7,5 тысяч мусульман (в подавляющем большинстве своём мужчин) были убиты, до 30 тысяч стали беженцами. Сребреница и Жепа были взяты, после чего в западных СМИ впервые появилось зловещее слово «геноцид». Для многих и на Балканах, и за их пределами название «Сребреница» стало нарицательным.
К этому моменту Младича (и политического лидера боснийских сербов Радована Караджича) оставили все — даже президент Югославии Слободан Милошевич. До конца 1995 года под давлением Запада боевые действия прекратились, а потерявшая часть территории Республика Сербская влилась в Содружество Босния и Герцеговина, фактически — протекторат США и ЕС. Содружества Босния и Герцеговина (БиГ). О воссоединении с Сербией пришлось забыть. Младич и Караджич сошли с политической арены.
Военный преступник или национальный герой?
Уже летом 1995 года Младич и Караджич были объявлены Гаагским трибуналом главными виновниками войны в Боснии, повинными в гибели 200 тысяч человек. Против них были выдвинуты обвинения в геноциде и преступлениях против человечества. Главные пункты обвинения касались как раз взятия Сребреницы. Почти 13 лет искали Караждича, почти 16 — Младича. Теперь гаагские прокуроры наверняка попытаются отыграться за неспособность найти этих людей.
Виновен ли Младич? Да, гуманизмом он не отличался. Однако версия о том, что под его командованием сербы убивали невинных людей, не выдерживает никакой критики. Как Сребреница стала мусульманским анклавом? Ещё в 1991 году более четверти населения города составляли сербы. Однако отпущенный на свободу Гаагским трибуналом командир мусульманских отрядов Насер Орич жестоко с ними расправился. Это же касалось и Жепы. Куда делись эти сербы?
Караджич и Младич теперь будут вместе находиться на Гаагской скамье подсудимых. А что же их противники? Выписавший Бен Ладену боснийский паспорт Алия Изетбегович умер в 2003 году своей смертью. Его правая рука, премьер Харис Силайджич — и сегодня действующий политик, не раз становившийся во главе «дейтонской» Боснии. Бывшего зама Изетбеговича Эюпа Ганича, которого в Белграде хотели судить за расстрел колонны ЮНА в Сараево, отпустил гуманный английский суд.
И сегодня ни Силайджича, ни Ганича, ни Орича в Гаагском трибунале никто не ждёт. «Шемякин суд» — что тут скажешь. Впрочем, словосочетание «гаагское правосудие» давно уже стало притчей во языцех. Младичу светит пожизненное заключение, и из него наверняка попытаются сделать козла отпущения.
Тадич горд проведенной операцией
И совсем уж некрасиво смотрится во всей этой истории президент Сербии Борис Тадич. В эти дни в Белграде находится с визитом верховный представитель ЕС по внешней политике Кэтрин Эштон. И, объявляя о поимке Младича, Тадич слово делал ей одолжение. «Я очень горд этой операцией... Теперь... для нас, мне кажется, открыты все двери на пути к вступлению в Евросоюз». И добавил, что процесс выдачи генерала в Гаагу уже запущен.
В общем, ради вступления в Евросоюз можно пойти на всё. Можно, не добившись выдачи Эюпа Ганича, сдать Ратко Младича. В отличие от Слободана Милошевича, отношение к которому среди сербов неоднозначное, у генерала поклонников куда больше. Он для них — человек, воевавший за объединение сербов в одном государстве. И он отправляется в Гаагу по воле Тадича.
Только вот никто не гарантирует, что Сербию возьмут в Евросоюз. Косово Запад фактически отторг, Караджича и Младича заполучил. С такими «достижениями» Тадич рискует весьма специфическое место в сербской истории. Нравится это кому или нет, но Младич — человек-символ и человек легенда. А история не прощает людей, поступающими с символами так, как это сделал Тадич.
Вадим Трухачев
WIN.ru
